Библиотека

ЕРЕТИЧЕСКИЕ МЫСЛИ, или ДАВАЙТЕ ОБЪЯСНИМСЯ, ГДЕ ЖЕ ОБЕЩАННОЕ ВАМИ СЧАСТЬЕ...

Ему - от которого ни письма.
Эти вести простые - с такой добротой -
Подсказала природа сама.
Рукам - невидимым - отдаю
Реестр ее каждого дня.
Из любви к ней - Милые земляки -
Судите не строго меня!

 Эмили Дикинсон
Это - письмо мое Миру

Случалось ли Вам когда-нибудь, прочитав книгу или посмотрев фильм, чувствовать себя так, словно Вас злостно обманули и обсчитали, недодав что-то очень важное? Чувство, которое, наверное, сродни ноющей зубной боли. Вот именно это и вызывает у меня история Мары Джейд. Разумеется, не любо - не слушай. Но меня огорчает не столько нежелательное для меня развитие событий, сколько отсутствие АЛЬТЕРНАТИВЫ. По крайней мере, мне о таковой слышать не приходилось.

Есть у меня собственное вИдение событий, и долгое время не оставляла надежда: а вдруг кто еще измыслит такую же EU (так Вы, кажется, называете, развитие событий после Эпизода 6). Так ведь нет. Хотя одна моя <шальная> мысль, к большому моему удовольствию, получила подтверждение: все-таки у Люка сын, и сына этого назвали Беном (!). Разумеется, Беном, а как же иначе!!! Разве что добавить второе имя-инициал - Джей. И это сокращение <Джи> и от Магистра Джина (Дйинна) Алтиса, и от Йоды, и от Куай-Гон Джинна. Возможно, Вам уже становится понятен ход моих рассуждений и надеюсь, что вы дочитаете до конца, хотя бы для того, чтобы убедиться, что <в моем безумии есть метод> или же <в моем методе есть безумие> - это уж кому как покажется.

Главные ЕРЕСИ, по которым я НИКОГДА не соглашусь с официальными писаниями (не по порядку значимости, а просто по хронологии):

1. Исчезновение КАЛЛИСТЫ. Это просто нож в спину читателя. Нет, господа, мы так не договаривались. К этому вопросу я еще вернусь немного позднее.
2. БРАК госпожи Джейд. Более чем странный и неубедительный. Об этом тоже позднее.
3. ГИБЕЛЬ ЧУБАККИ (не тронь святое!!!) Здесь, по-моему, и комментарии излишни.
4. СМЕРТЬ АНАКИНА-младшего (да продлит Сила его годы, неужто дед и тезка не вступится за внука, не поможет ему?)

   По-моему, молодой человек должен ЖИТЬ - <за себя и за того парня>, своего предшественника, к которому, признаюсь, испытываю, может, и не логичные, но теплые чувства. Практически с Эпизода 4. Столь мрачное величие не может не впечатлять. <Печальный демон, дух изгнанья>.

   Знаете, кого напоминает мне этот Черный Лорд, хотя и с оговорками? Питера Мунка из сказки Гауфа <Холодное сердце>. Получил тот герой сердце из камня, которое <не забьется никогда ни от страха, ни от тревоги, ни от глупой жалости>. И утратил вкус к жизни. <Ему теперь не бывало грустно, но никогда не бывало и весело>. Потом, разумеется, он вернул себе прежний облик и был просто в шоке, осознав что натворил за время своего беспамятства: Ну а наш Черный Лорд куда тоньше, умнее и организованнее героя старой сказки. Нет, мне положительно нравится думать о нем. Какая-то в нем чистота, что ли. И Зло его чисто. С Императором у меня всегда ассоциировалось что-то отталкивающе-грязное. Йен МакДиармид просто гений. За одну развращенную ухмылку Сидиуса-Палпатина надо давать <Оскар>, по-моему. И не могу представить себе, чтобы Лорд Вейдер кого-то мучил просто из садистского удовольствия, никогда в это не поверю. Он - не Палпатин. И ни в каких оргиях не мог он принимать участие. Не для него это, характер не тот. Он бы лишь презрительно кривил под маской обожженные губы, глядя на все придворные мерзости.

   Возможно, часть симпатии, вызванной у меня дедом, неосознанно переносится и на внука, но Анакин Соло хорош и сам по себе. И потом - ТАКОЕ имя! Интересно, как с ним жить, с таким наследием? Непросто, наверное. Было редким удовольствием читать про его непростой характер. И у него даже глаза были, как у деда. <Надо найти того, кто это устроил, и НАКАЗАТЬ его> - неплохое высказывание для мальчишки, которому еще и десяти нет! (это в <Новом Восстании>, кажется, хотя, по-моему, название перевели неправильно. <Восстание> - это о Повстанцах. А здесь следовало бы сказать - <МЯТЕЖ>).

   НЕТ, по МОИМ личным убеждениям, не погибнет Анакин-мл., ну как это можно? И, знаете, с кем бы нашел он свое счастье? С Малинзой Танас, дочерью Гаэриэль Каптисон. Вот то, что она владеет Силой, это вряд ли, по-моему, она должна была, напротив, вырасти в предубеждении против Джедаев - после того, как ей пообещали позаботиться о ее матери и не смогли сдержать обещание. Да и религия Бакуры: Но - сердцу не прикажешь, как говорится, да еще, возможно, найдет Малинза дневники матери, что-то поймет в ее ошибках, заблуждениях и сожалениях: И всё закончится благополучно. Ну, люблю я ХЭППИ ЭНД, есть грех. Сказки просто обязаны хорошо кончаться, как говаривал старина Бильбо Бэггинс в другой мудрой книге.

5. Разгром КОРУСКАНТА, уничтожение прекрасного зеленого ИТОРА и вообще НЕОБРАТИМЫЕ потери в Галактике НЕПРИЕМЛЕМЫ. И Альдераана более чем достаточно. Это такая неутихающая боль. Да еще и отравленный Хоногр (бедные ногри, им бы помочь надо восстановить экологию, хотя бы в обозримом будущем). А тут - новые погромы. И в каких масштабах! Ну люблю я небоскребы Корусканта, хотя жить там, пожалуй, было бы не очень уютно. Но такое место ДОЛЖНО БЫТЬ. Это как памятник Старой Республике. Как подумаешь, что эти камни помнили Магистра Йоду и его великих сподвижников: Что по этим улицам ходили Куай-Гон Джинн и молодой Оби-Ван: И что же - всё исчезнет?..

Есть у меня одна спорная мысль на этот счет. Не могу отделаться от ощущения, что на многих авторов, это измысливших (ну, всевозможные апокалиптические <видения будущего> в EU), оказало влияние роковое 11 сентября 2001 года. И - что-то надломилось в них. Исчез, улетучился знаменитый и неистребимый АМЕРИКАНСКИЙ ОПТИМИЗМ, а без него - КАК жить?.. ЗАЧЕМ? Кончено, жизнь - не водевиль, никто и не спорит, но есть какие-то законы жанра. Надо играть по правилам, господа. Несчастий и бедствий и в реальности хватает. И где тогда отогреться сердцем, как не у вас? Опять обманули-ограбили! Так нечестно!!!

Знаете, по-моему, главное достоинство Дж.Лукаса как раз в этом - в легком юморе и каком-то согревающем душу тепле ОТ. <Если что случается, хорошо кончается>! Это - дивный и щедрый подарок миру, дар от чистого сердца, которого не было, наверное, со времен Ганса-Христиана Андерсена. Однажды, очень давно, попалось мне на глаза интересное высказывание о <рассерженной> музыке: <Такие произведения не дарят миру. Их швыряют ему в лицо. А ДАРИТЬ свои творения может только очень добрый художник>. И лучше не скажешь, по-моему.

Длинное получилось вступление, а до конца еще далеко. Ну, готовы слушать дальше? Я перехожу к главной теме. К главным ЕРЕСЯМ. И будут они связаны с тремя именами: МАРА ДЖЕЙД, КАЛЛИСТА МИНГ и КУАЙ-ГОН ДЖИНН.

***

Итак. Начну с первого, точнее, с первой. Сам по себе характер Мары никаких возражений не вызывает. Всё вполне убедительно и правдоподобно. Бывают и такие люди. НО, ни за что не поверю в ее брак. ЕСЛИ считать ее форс-юзером, и ее мужа - тоже (а уж тут-то сомнений не может быть никаких), то как же так получилось, что на протяжении стольких лет не было НИКАКИХ чувств, разве что негативные, и вдруг, откуда ни возьмись, этот брак? Что-то не складывается. А уж пассажи о том, как бывший КЛИНОК ИМПЕРАТОРА учит Магистра Джедая чистоте помыслов и этике Силы (как в <Призраке прошлого> и <Видении будущего>), это, доложу Вам, вообще нечто невообразимое. Более натянутой и неправдоподобной ситуации и представить себе невозможно.

И, знаете, что самое забавное, по-моему? То, что НИ ОДНОМУ автору НЕ УДАЛОСЬ убедительно описать отношения Мары с ее супругом. Как будто они и сами не верят в то, о чем пишут. Лживость и абсурдность этой сюжетной линии проявляется на каждом шагу. Даже в <Точке равновесия>, где есть несколько неплохих мест, вдруг проскальзывает один просто убийственный пассаж. Там, где - во время любовной сцены! - говорится, что Мара, как и прежде, <терпеть не могла УСТУПАТЬ кому-то, поэтому она обычно тянулась к нему первой>.

Меня это просто несказанно обрадовало, потому что после подобных откровений, вся эта хлипкая конструкция рассыпается в один миг. То есть любимый супруг, возлюбленный, к которому ее должно было бы тянуть, словно магнитом, как и прежде кажется ей <неотесанной деревенщиной> (а он-то как раз таким никогда НЕ БЫЛ!), и ей приходится, видите ли, едва ли не перебарывать себя, идти на жертву, УСТУПАТЬ, а не принимать его любовь как бесценный дар, столь же безоглядно отдавая ему свою.

Ну, не заслуживает такой человек высокомерной снисходительности и постоянных и незаслуженных насмешек. А никакого восхищения он у Мары никогда не вызывал и не вызывает. Досаду, раздражение, даже озлобленность - это пожалуйста. Но нежность и восхищение, увы. Наконец, посмотрите сайты в Глобальной СЕТИ, посвященные Маре. Комиксы. Посмотрите на ее изображения. Я понимаю, что на вкус, на цвет товарищей нет. Но я не о красоте говорю. Может быть, она по-своему недурна. Но она УЖАСАЮЩЕ ВУЛЬГАРНА и нестерпима, как фальшивая нота. Или, как говаривал Билл Шекспир, <как вопли после музыки>.

Опять у меня странная ассоциация. Видимо, кому-то пришла в голову <светлая идея> соединить праведника и грешницу, почти как у Ллойда Уэббера в <Суперзвезде>. Но и затея была дрянной, и осуществление ее провалилось.

И Мара такая везде - циничная, развращенная (а какой она могла быть после стольких лет знакомства с Палпатином?), озлобленная, растерявшая все чувства и давно утратившая способность любить, если она этим даром вообще когда-либо обладала, - а это дано не всем. Наемная убийца, пусть и работавшая <за идею>, что - это проходит бесследно? Не бывает такого. Не может быть. Она - еще одна жертва Дарта Сидиуса, который сжег, опустошил ее душу.

Думаю, что и ее постоянные насмешки над Люком были обусловлены как раз горьким осознанием того, что его-то душа так и оставалась всегда высокой и чистой. А у нее хватало ума понять, что ей на такие высоты не подняться. Вот она и злобствовала, пытаясь уверить - себя, прежде всего, - что ей такого и не надо. Вот эта линия, по-моему, как раз очень здорово и интересно написана. Ситуация любопытная. Столкновение с ТАКИМ источником света, который и сам как будто не осознает, насколько он чист, этаким солнечным лучом во плоти, действительно может поломать жизнь. Ну нельзя соединить прекрасную гармоничную мелодию и вопиющий диссонанс! Рядом может звучать только другая мелодия, не менее прекрасная, и тогда две музыкальные темы сольются в дивной гармонии.

И такая <вторая музыкальная тема> в EU была. Чрезвычайно удачно найденная и непростительно заброшенная. Как обнадежили меня заголовки фэн-фикшенов Екатерины Пламеневой и Justice Skywalker. Им кое-что действительно удалось (я имею в виду ту тему, которую мне хотелось бы услышать). Но: увы и ах! Опять история свернула не туда. Хотя я всё равно хочу сказать им спасибо. Отдельные фразы чрезвычайно меня утешили, к тому же я всегда вспоминаю гениальное изречение: <Если как следует отредактировать <караул>, то получится <ура>. Вот этой самой <редакцией> я потихоньку и занимаюсь, в своем сознании.

Едва ли не самым жестоким разочарованием оказалась <Сумрачная планета>. Какой Ситх продиктовал Барбаре Хэмбли такую концовку? Стоило ли огород городить, так прекрасно всё начать - и так бездарно потом развалить? Я в таких случаях думаю, что авторы тоже люди. Их могут подстерегать в жизни всякие превратности, неприятности и разочарования, как-то: ушла жена (муж бросил), поругалась с бой-френдом и т.д. - так нате вам, читатели! Наконец, многое пишут, вероятно, потому, что испытывают финансовые затруднения, гонорар нужен, а вдохновение не приходит, вот и получаются опусы вроде <Вектор-прим>, дилогии о клонировании Трауна и той же <Сумрачной планеты>. Но в последнем произведении подкорректировать пришлось только самый конец, остальное терпимо.

Теперь о КАЛЛИСТЕ. Для меня она как раз и стала той самой прекрасной мелодией. Самоотверженная, отважная, с каким-то душевным изяществом и утонченностью, она так же чиста и прекрасна, как тот, с кем - по всем законам жанра - она должна была бы соединиться. И посмотрите, с какими тончайшими нюансами описаны их отношения: <Словно два кусочка тонкой головоломки сошлись они>. <Никогда Лейя не видела брата столь счастливым, как рядом с той непредсказуемой и обманчиво мягкой женщиной без возраста>. Даже то, что голос ее походил на <дым и серебро>. Какой интересный, сильный образ! <Ему казалось, что он знал ее всю жизнь>. <Он никогда не видел столь прекрасной женщины>. Полностью открывшись друг другу - и открывшись в Силе!- они абсолютно подошли друг другу. <Если бы я мог попросить только одно, только одно за всю жизнь:> И это - ничего не стоит???

Знаете, какая деталь меня тронула больше всего? Та, когда в <Мече Тьмы> говорится о том, что Люк <привыкал к отвару джеру>. Потому что хотел разделить ее вкусы. Вот это - полное единение. Абсолютная синхронизация.

Кстати, большое спасибо автору <В единении с Силой> за прекрасную сцену на Явине 4, когда Люк рассказывает о своем путешествии на Татуин. Их удивительная близость передана так ненавязчиво и тонко. Ваш сюжет ушел потом в другом направлении, но для меня подобные штрихи просто бесценны.

<Влюбленным не нужна Сила, чтобы слышать мысли друг друга>. И это замечательно. И когда они говорят о будущих детях. И сцена на озере. Рука Силы, стирающая капли с лица: Я не могу поверить, что всё это закончится ничем.

На Форуме <Куличек> часто цитируют классиков мировой литературы, в частности, Омара Хайяма. И мне в связи с вышеизложенным тоже приходит в голову одно восточное стихотворение:

Бывает, что любовь пройдет сама, 
Ни сердца не затронув, ни ума. 
То не любовь, а юности забава. 
Нет у любви бесследно сгинуть права. 
Она приходит, чтоб пылать навек, 
Пока живет и дышит человек. 

А в случае с Каллистой и Люком всё еще интереснее и тоньше. Не могу я поверить, что он мог просто всё забыть и успокоиться с другой. Не такой он человек. Могу сказать лишь одно (и это в данном случае НЕ порицание) - он сын своего отца. Знаете, что меня едва ли не больше всего заставляет уважать Анакина? Его целеустремленность. Четкое знание того, что он хочет. Никаких мучительных колебаний (<А я не знаю, тону я или не тону?>). Встретив Падме, он сразу всё понял. И уже не отступился. Он ее в самом деле любил, без всяких расчетов. То есть никакой выгоды он не искал - ни богатства, ни успеха, ни карьерного роста. Ни даже удовлетворенного самолюбия. Он и в самом деле НЕ МОГ ДЫШАТЬ без нее. И его искренность не может не вызывать уважения. Он бросается в свои чувства, как в омут, сам не понимая, куда это его тащит, не имея никакого опыта, и как прекрасна эта неиспорченность и неискушенность! Посмотрите сцену их первого поцелуя. Ему же явно страшно, он сам себя боится, на его лице то появляется, то пропадает смущенная улыбка, что-то, что сильнее его, просто тащит его к этой женщине, он не может и не хочет сопротивляться зову своего сердца.

И еще, его брак с Падме - это ведь то, что можно назвать, как в дзюдо, <чистая победа>. То есть он не применял никаких недозволенных приемов: не врал ей с три короба, не запугивал ее, не хвастал, не выкручивал ей рук - фигурально говоря; не пудрил ей мозги и ни к чему ее не принуждал. Она ЗНАЛА о нем всё самое плохое, он ничего от нее не скрыл, даже историю с Рейдерами, за которую она, кстати, его и не осуждала.

А его интонация, когда он возле арены Джеонозиса неуверенно повторяет, словно не смея поверить: <Ты: любишь меня?..> На лице - никакого торжества, ни малейших следов самоуверенной улыбки победителя, наоборот - растерянность. Чуть дрогнули ресницы. В глазах - тоска: <Мы же решили, что не имеем права любить:> Это я к тому, что он был человеком абсолюта. <Нет ничего важнее любви>. И не думаю, что Люк сильно от него отличался. Разве что был способен на еще более горячее и безоглядное чувство.

***

А теперь - снова ЕРЕСИ и домыслы. Знаете, что мне казалось очень грустным в прологе к STAR WARS <Ученик Джедая>? Глубоко скрытая боль Куай-Гон Джинна. Так и крутится шиллеровская строка из <Марии Стюарт>: <Такому сердцу надобно любить>.

Прочтите <Знак короны>, его размышления о наследии. И наверняка всё это БЫЛО. Или я снова вижу то, что мерещится только мне?
<- Вы говорите так, как будто знаете ее.
- Я ее действительно знаю>.
Когда подобное говорит Магистр, его слова стоит принять на веру. Итак, снова ощущение душевного единения: <словно всю жизнь знал ее>. И - очень тонко эротичная встреча в горах.
<-Вы неплохо поработали.
- Джедаев обучают целительству.
- Повернитесь.
Он ощутил на спине прохладу целительной мази. Жгучая боль успокоилась.
- Вы не хотите принять участие в выборах? - спросил Куай-Гон.
- А какой кандидат нужен народу? - насмешливо спросила Элана. Она всё еще возилась с повязкой на его спине, поэтому Куай-Гон не мог видеть ее лица. Он лишь чувствовал быстрые движения ловких, умелых пальцев, да изредка его спину щекотало прикосновение ее длинных волос:>.

Нестерпимо думать, что Куай-Гон так и ушел из жизни, никого не оставив после себя. Вот она - главная ЕРЕСЬ.

Что, если предположить, что дочерью Эланы Таллы и Мастера Джинна как раз и была Каллиста?

Не торопитесь сразу отбросить эту мысль, как абсурдную. Опять же, посмотрим на законы жанра. Если допустить такой поворот сюжета, то в истории появится некая законченность и симметрия. Получается, что у Люка были особые причины благодарить Куай-Гона. Тот был учителем и воспитателем обожаемого Скайуокером Оби-Вана. Освободил из рабства Анакина (а без этого Люка, скорее всего, просто не было бы на свете). Знаменитая фраза Магистра: <Случайностей не бывает>:

О том, что Каллиста - его дочь, Мастер Джинн и сам, наверное, узнал уже по Ту Сторону Силы. Когда он погиб, ей было 13 или около того. Она была почти ровесницей Анакина: И не исключено, что в своей миссии на Белзависе (см. <Дети Джедаев>) спасла жизнь как раз Люку, не подозревая о том, что встретится с ним через 40 лет и он станет главным человеком в ее жизни. Иначе, откуда Люк видел купола планеты и смутно помнил песню о пленной королеве и волшебных птицах?

И жизни их во много были похожи. Оба провели юность среди пустынь - он в песках Татуина, она - среди океанов Чада III. Оба очень рано ощутили зов Силы. Оба воспитывались людьми, которые не были их настоящими родственниками. Судя по всему, Каллисту постарались отправить подальше с планеты Галла как наследницу короля Каны. Может, партия принца Беджу?

Посмотрите, как забавно: получается, что и Люк, и Каллиста унаследовали свои способности по отцовской линии, потому что матери обоих не обладали - по крайней мере, явно - способностями форс-юзера, хотя может быть, подспудно что-то и было (целительство Эланы и сны-предчувствия Падме - иначе откуда та могла видеть металлическую руку Анакина и КРАСНЫЙ клинок его меча?). У обоих матери были <королевских> кровей: избранная королевой Набу Амидала и наследница короля Каны Элана.

Каллиста явно была чужой в семье, ее воспитавшей. Ее там побаивались и не понимали, точно так же, как и Люка на Татуине. А если предположить, что отцом ее был Куай-Гон, тогда становятся понятными и ее выдающиеся способности, и ее отвага, и характер - столь же решительный и благородный. И даже то, от кого она унаследовала роскошную гриву своих светло-каштановых волос:

Наконец, в <Мятеже> (<Новом Восстании>), когда Люк и Каллиста еще были в разлуке, и она искала способ восстановить свои утраченные способности к Силе, Люк СЛЫШИТ после взрыва в Сенате незнакомый ему голос: <Случайностей не бывает> - любимая сентенция Магистра Джинна! Конечно, голос его Люку был незнаком. Зато этот голос прекрасно знал его отец, Анакин. И его учитель Оби-Ван. Может, генетическая память сработала?

Кстати, думаю, что именно Мастер Джинн и помог Каллисте вернуться к Силе. Как Бен когда-то приходил к Люку: Думаю, что тогда Каллиста и узнала о своей настоящей семье.

Вы всё еще продолжаете читать? Снимаю перед Вами шляпу, господа. Если найдется кто-то, у кого хватит терпения узнать больше, то вот 2-3 отрывка из того, что примерещилось мне. И вовсе НЕ из честолюбивых устремлений лягушки-путешественницы: <Это всё Я! Я! Я!!!..> Просто хочу поделиться тем, что дорого мне. Вдруг - а вдруг, чем Ситх не шутит? - кому-то это прольет бальзам на душу. Меня лично такая альтернативная история весьма утешает:

НОВАЯ ВСТРЕЧА

Впечатления Каллисты почти совпадали с теми, что были у юного Оби-Вана, много лет назад... Здесь мало что изменилось, и она увидела то же, что и он. Город Галлу, некогда величественный, но давно обветшавший. Годы не прибавили ему красоты; везде были следы запустения. Сохранил великолепие лишь Дворец Галлы. Он искрился на солнце прозрачной зеленоватой голубизной.

Но Каллисту больше интересовали горы. Как и Куай-Гон Джинна, ее тронула суровая красота этой страны. Три луны светили в небе, озаряя бледно-серые скалы серебристым сиянием. И какие-то - не воспоминания даже, а смутные ощущения - пробуждались в ней. Среди горцев сохранились только легенды о Мастере Джедае Куай-Гон Джинне... И о целительнице Элане, которая, как оказалось, принадлежала к королевской династии Талла. Женщине с серебристыми волосами и глазами цвета вечернего неба... Всего несколько дней продолжалось ее знакомство с Куай-Гоном. На короткий миг вспыхнула их любовь, и пути Силы развели их навсегда. У Эланы родилась дочь, о которой ее отец ничего не знал. А менее чем через год Элана погибла... И министры династии Талла постарались избавиться от возможной наследницы престола, отправить ее как можно дальше от Галлы. И Каллиста оказалась на Чаде III, в семье фермеров, на океаническом ранчо...

Теперь она стояла в королевских садах, там, где некогда Куай-Гон Джинн размышлял о будущем. О том, что останется после него. И так же, как прежде, осыпались розовые лепестки. Деревья муджа стояли в полном цвету... Каллиста решила, что должна увидеть и тот мир, где закончилась жизнь отца, и Куай-Гон ушел к Силе. Это было на планете Набу...

* * *

Странный сон преследовал Люка Скайуокера.
Голос Анакина, его отца, говорил ему об Озерном крае:
<Планета Набу. Ты должен там побывать>.
Это было, как наваждение. Он связался с сестрой, и она рассказала, что Набу известна еще со времен Старой Республики. В Клонских Войнах планета сыграла важную роль. И еще - сенатором этого мира была Падме Амидала Наберрие... Женщина, давшая жизнь им обоим. Беспокойство не оставляло Люка. И он понял, что должен лететь на Набу.

Этот мир, прекрасный, зеленый, очаровал его, как когда-то его отца. И все-таки здесь было грустно. Люк чувствовал какую-то пустоту и сиротство. Древний город Тид, старая площадь у дворцовых ворот. Анакин, конечно, видел всё это - очень-очень давно. И теперь это видел Люк. Зеленые луга и водопады радовали глаз. Но на этой планете никто не ждал его. Или ждал?..

Люк опустился на колени в густую траву, погружаясь в медитацию. Он часто стремился заглянуть в будущее, сможет ли он разглядеть что-либо в прошлом? Вспомнился скрипучий голос Йоды: <Концентрируйся. Вызови Силу. Многое увидишь ты. Будущее, прошлое, старых друзей, давно ушедших...> Он сосредоточился, всё глубже уходя в себя, сливаясь с Силой. И внезапно услышал...

Веселый смех и голоса.
- Тут солнце совсем другое и так здорово пахнет!
Голос был низкий, глубокого тембра, говорил совсем молодой человек. Худощавый, высокий, с короткими светлыми волосами и тонкой прядью волос, заплетенной в косичку...

Девушка, сидевшая в траве, улыбнулась своему спутнику. В золотисто-желтом платье, она казалась ярким цветком. Глаза ее были темные - как у Лейи - и волосы тоже темные, собранные в причудливую прическу.

Она указала куда-то вдаль.
- Видишь остров? Обычно мы туда плавали. Я люблю воду.
- Я тоже, - ответил он. - Наверное, потому, что в нашей пустыне ее почти совсем нет.
Голоса отдалялись.
- Ани, Ани, где ты?..
- Ты такая серьезная! Посмотри, как здесь весело!
Люк услышал смех своего отца...
Голоса смолкли, потом он услышал - очень смутно, как будто, издалека - слова матери:
- Я не боюсь умереть. Каждый день, как ты вернулся в мою жизнь, я хоть чуть-чуть, но умирала. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты знал это до того, как мы умрем...

А потом - две фигуры, стоящие у балюстрады. Падме в белом платье и Анакин рядом с ней в своем темном плаще Джедая. Правая рука его выше локтя была черной, металлической, в ней мерцали красноватые огоньки аппаратуры. Древний ритуал. Служитель в мантии простирает руки над молодыми людьми, благословляя...

Голоса отдалялись, картинка начала таять... Последним, что успел разглядеть Люк, были два робота, стоящие рядом с Падме и Анакином: золотистый Си 3ПиО и малыш Р2Д2. Потом всё исчезло, и снова были только цветущий луг и горы вдали... Люк пошатнулся.

И рука Каллисты подхватила его. Его губы дрожали. Он не стал спрашивать, как она оказалась здесь. Это было совсем неважно, хотя и казалось чудом. Но тот, кто владеет Силой, привык к чудесам. - Не уходи. Когда ты рядом, мне спокойнее... - произнес он те же слова, что когда-то его отец. Он чувствовал ее присутствие - не только здесь и сейчас, но и все дни разлуки. Каллиста прижала голову Люка к своему плечу, и он не противился. Порой и великим воинам случается плакать. Им дано было больше, чем обычным людям, и они читали в сердцах друг друга.

- Как ты нашла меня? - спросил он.
- Я не знала, что встречу тебя здесь. На Набу меня привело... Это можно назвать паломничеством.
- Меня тоже, - кивнул Люк. - Это не могло быть случайностью.
- Случайностей не бывает, - улыбнулась она, будто процитировала кого-то.
Люк взглянул на нее.
- Я слышал эти слова. Совсем недавно... Мужской голос, мне незнакомый.
- Вероятно, это был мой отец, - сказала Каллиста. - Он любил повторять эту фразу.
- Твой отец с Чада III?
- Нет. - Она покачала головой. - Мастер Куай-Гон Джинн. Я не знала, что он мой отец - до последнего времени.
- Куай-Гон Джинн? - повторил он потрясенно. - Но ведь он был учителем...
- Оби-Вана, - заключила она.
- Бен рассказывал мне о нем. Он всегда называл его <мой старый друг>...
- Это он привез твоего отца с Татуина - и просил Оби-Вана заняться обучением Анакина, - сказала Каллиста.
- Это было его завещанием, и Мастер Кеноби не мог отказать ему...
- Случайностей не бывает, - тихо повторил Люк.
Она смотрела на далекие горы и линию водопадов.
- Помнишь, тогда, на <Глазе Палпатина>, ты сказал, что мы с тобой потерявшиеся кузены. Кажется, ты был недалек от истины.
Он взял ее за руку.
- Ты ведь не уйдешь больше?
- Никогда. Если только ты не прогонишь меня.

Он привлек ее к себе, и их губы слились в поцелуе. Время остановилось для них. Рука об руку они шли по цветущему лугу, как когда-то Падме и Анакин. И Каллиста рассказывала о своем учителе Джине Алтисе... и своем отце Куай-Гон Джинне. И о том, как Сила вернулась к ней.
- Знаешь, он погиб на этой планете, - сказала Каллиста, вновь вспоминая старого Мастера.- И тогда Оби-Ван стал учителем Анакина...
Они вместе поднялись к Энергостанции, туда, где Куай-Гон сражался с Ситхом. Люк почувствовал боль Мастера - и отчаяние Оби-Вана. Оно было так похоже на то, что он сам испытал на имперской Звезде Смерти, когда Бен... ушел. Значит, в юности Оби-Вану довелось испытать то же самое... Куай-Гон Джинн погиб на глазах своего падавана, который потом открыл Силу Анакину - и его сыну.
Люк сжал руку Каллисты.
<Случайностей не бывает...>
Они встретились на имперском дредноуте, чтобы провести всю жизнь бок о бок. И Великая Сила связала их навсегда.

* * *

Две недели спустя здесь же, на Набу, состоялась их свадьба. Кроме Хана и Лейи с детьми, Чубакки, Лэндо Кальриссиана, Уэджа Антиллеса и еще нескольких друзей с Явина IV, присутствовали два робота - Си 3ПиО и Р2Д2. Те, что были когда-то на свадьбе родителей Люка и Лейи.

* * *

Они совершили короткое паломничество на Татуин. А свой медовый месяц провели на планете Зеленой Воды - именно так иносказательно переводилось название <Чад>. И мечтали о том, что когда-нибудь покажут этот мир своим детям.
- Они будут разъезжать в колесницах, запряженных огромными синими китами... - улыбнулся Люк.
- ...слушать их пение... - подхватила Каллиста смеясь.
- ...плавать в Ожерелье Чада...
- ...смотреть в небо в ночи Семикратного Полнолуния...

* * *

Они много времени проводили в море. Плавали к островам сийенов, слушали голоса ее любимых китов. Давно прошли времена, когда Люк не умел плавать. Хан и Уэдж неплохо натренировали его, так что теперь он чувствовал себя в воде вполне уверенно. Разумеется, Мастер Джедай при желании мог бы просто пройтись по воде, не замочив ног. Но ему понравилось бороться с волнами, противопоставляя их силе крепость собственных мышц. Каллиста же плавала как рыба. Они были вместе целыми днями. Ночи же казались короткими. И уже на рассвете они засыпали, прильнув друг к другу, под шорох прибоя.

* * *

Эти две недели Мара Джейд провела на Миркре - среди лесов и ящериц-исаламири. Ее приглашали на свадьбу, но присутствовать на этой церемонии было свыше ее сил. Здесь же, на этой планете никто не мог услышать ее, прочитать ее мысли. Впрочем, с горечью подумала Мара, их сейчас не приведет в чувство и взрыв сверхновой, они сами - как двойная пылающая звезда, он и Каллиста. Она в ярости ударила кулаком по стволу.
<Ты все-таки разрушил мою жизнь, Скайуокер!!!>
Она постаралась взять себя в руки и быть честной хотя бы перед собой. Разве он когда-нибудь лгал ей? Нет. И это было еще хуже.

Эти ясные, распахнутые голубые глаза, прожигающие душу до самого дна... Никогда не думала, что это будет так больно. Лучше бы она пристрелила его тогда, выполняя приказ Императора! Нет, всё это вздор, она успокоится. С чего бы, в самом деле... Между нею и Люком никогда ничего не было. И не могло быть. Он всегда ее раздражал. Она смеялась над ним. И все-таки...

Она вспомнила вдруг, как впервые увидела их вместе - его и Каллисту. На Белзависе, когда еще никто ничего не мог понять. Да, он бросился к какой-то женщине, оказавшейся в спасательной капсуле, никому не знакомой... Впрочем, дело было не в этом.

Просто Мара в тот день увидела, на что способен этот Джедай. Как он целовал ту женщину - задыхаясь, не замечая слез; целовал ее так, будто просто умрет, если оторвется от ее губ. Его голос утратил спокойствие. Это Скайуокер-то, с его вечной, невыносимой сдержанностью! Этот вопль <Да!!>, вырвавшийся из самых глубин его существа, никогда не забыть. Он был словно охвачен пламенем. Тогда это показалось забавным. Сейчас - не кажется... И надо понять, как ей жить дальше.

Ее сердце давно уже умерло, оно никогда не умело любить так, как любит он, - отдавая всего себя, до конца, без оглядки. Бизнес, контрабанда, выгодные сделки, азарт игры. А прежде - интриги, расчет, хладнокровные преступления, и всё для того, чтобы заслужить одобрение желчного, сухого старика с лживыми глазами... Ситха. Коса Палпатина... Мара Джейд, Клинок Императора...

В этой бесконечной гонке она растратила душу. За всё приходится платить, ничто не проходит даром. Кто это сказал? Какие-нибудь умники из древнего Храма? Неважно. Кажется, они были правы, как ни горько теперь признавать это. И, наверное, поздно уже начинать жизнь с начала...

Вот оно - альтернативное развитие событий. Собственное прочтение. Ни в коей мере не претендуя на литературную ценность, мне просто хотелось изложить свое вИдение мира. Кстати, из этого следует, что с планетой Набу тоже ничего бы не должно случиться. Повторю еще раз: ХВАТИТ И ОДНОГО АЛЬДЕРААНА!!!

И напоследок - о судьбе главных действующих лиц, совсем короткие наброски:

:Вспыхнула очередная война, и им пришлось сражаться. И в одном из боев, когда Люк и Каллиста неминуемо должны были погибнуть, Мара Джейд пожертвовала собой, чтобы их спасти...

Ее жизнь закончилась на Явине IV. Было сделано всё, чтоб не дать ей прерваться, но ее состояние на сухом языке медицины называлось <травмами, не совместимыми с жизнью>. И единственным, что могли сделать Люк и его друзья, было снять ее боль.

Видя рядом Каллисту и Люка, Мара с горечью думала, что упустила свой шанс, - впрочем, у нее он едва ли когда-нибудь был. Вся ее неприязнь, все ее насмешки над Люком объяснялись тем, что она, вероятно, всегда подсознательно понимала, что стать равной ему никогда не сможет. Он вернул ее с Темной Тропы, но его чистота и самоотверженность оставались для Мары недостижимым пределом.

Контрабандистка, преуспевающий коммерсант... и Клинок Императора... - что могла она дать тому, кого как-то давно, в лесах Вейланда, назвала про себя <героическим, благородным, непогрешимым Джедай>?.. С Каллистой всё было иначе. В ней он словно обрел вторую половину себя. Но теперь она - Мара Джейд - спасла жизнь им обоим. И, значит, не напрасно она столько лет провела рядом с Академией... рядом с Люком. Она кое-чему научилась.

<Мастер Скайуокер...> - прошептала она иронически, со своей обычной усмешкой. Захотелось всё рассказать ему - теперь, когда еще оставалось время, пусть его было уже немного. Но она подумала, что не стоит. Может, он догадается сам... А Каллиста - точно поймет.
На мгновение возвратился забытый кошмар: желтые змеиные глаза Императора и его леденящая душу улыбка: <Ты подвела меня, Мара Джейд!> <Не отдавай меня ему, Люк! Лучше убей... - прошептала она. - Он здесь... Император!..>

Люк провел рукой над ее лицом, и страхи рассеялись. Потом взял ее за руку, она крепко сжала его пальцы: <Прощай, Мастер Скайуокер... Люк, - прошептала она.- Я так и не стала Джедаем... И ваш погребальный костер - не для меня. Пусть меня унесет <Пламя> - <Нефритовое Пламя>, - она сделала попытку усмехнуться. - Я всегда хотела идти по с в о е й дороге... И теперь уже поздно жалеть об этом... - Она взглянула на Каллисту: - Ты выиграла главный приз. Он твой... Сделай его счастливым>.

<Обещаю, - сказала Каллиста и наклонилась, чтобы поцеловать ее. - Мы обязаны тебе жизнью, Мара, и всегда будем помнить тебя>.
<Это очень долго>, - сказала бывший Клинок Императора.
Над вершиной Великого Храма встало солнце, зажигая осколки радуг. И жизнь Мары Джейд истаяла в этих лучах. Выполняя ее последнюю волю, Люк направил <Нефритовое Пламя> в атмосферу Явина. Вспышка света навсегда унесла ее... Вероятно, Мара и не хотела бы себя другого конца.

Ее именем Люк и Каллиста назвали дочь, которая родилась у них два года спустя - Элана Мара. А за год до этого родился их сын - Бен Скайуокер. Дети в полной мере унаследовали таланты родителей, так же, как и они, выбрав путь Хранителей Мира.

Р.S. Кстати, меч Анакина-старшего Мара, умирая, вернет Люку, и оружие это перейдет потом к Бену Скайуокеру, как семейная реликвия.

P.P.S. Меня всегда интересовало, как выглядит Каллиста. Но ее изображение - из комиксов, - приведенное в Энциклопедии STAR WARS, меня совершенно не убедило.
Не такая она, не так я ее вижу.
Разумеется, каждый вправе видеть по-своему. Но, думаю, что гораздо ближе изображение с обложки книги <Дети Джедаев> издательства <Азбука>. Тонкое, одухотворенное лицо прекрасной женщины. А у меня собственная навязчивая идея. Лично мне кажется, что она похожа на ОДНО ИЗ изображений Лары Крофт - только одно, и в определенном ракурсе, другие снимки совсем не похожи. Но этот - остроскулое, худощавое лицо, полные губы, стройная фигура. И светло-каштановая коса <длиной и толщиной в руку>. Вот этот примерный снимок (думаю, что такой она была во время миссии на <Глазе Палпатина>), я вижу ее именно такой и назову здесь полным именем: Каллиста Элана Джинн Скайуокер.